Сооснователь и профессор Свободного университета Гасан Гусейнов разбирает в своей еженедельной колонке для русской службы RFI речевые формулы политических ошибок, которые внезапно вторгаются в повестку дня. К числу таких ошибок относится вера в прогрессивность молодежи и в обреченность всяческой отсталости.
Автор: Гасан Гусейнов
Возможно, это — самые распространенные ошибки, которые сопровождают человечество на жизпути. Первая такая ошибка — уверенность в непреодолимости прогресса и обреченности всяческой отсталости. Вторая вытекает из этой первой и гласит: молодые обычно люди передовые и даже бунтовщики, а пожилые и старые — консервативны и мало способны к преобразованиям.
Между тем, все определяется местом этих молодых и этих пожилых на большой социальной траектории. Например, в Российской Федерации в начале 2010-х годов странно было наблюдать во время «белоленточных» демонстраций против фальсификации выборов толпу, состоявшую преимущественно из людей немолодых, помнивших не только перестроечный подъем, но даже еще и оттепель второй половины 1950-х- начала 1960-х. Кто-нибудь скажет, что тогдашняя активность стариков была запоздалой вспышкой сенильности: страна на подъеме, занимайся бизнесом, богатей, делай что хочешь, зачем требовать каких-то прозрачных выборов? И свобода слова ведь была: пиши что хочешь, ну или почти что хочешь. А старичье — нет, старичье возмущается какими-то фальсификациями выборов, требует законности и соблюдения правопорядка. Смешные люди!
Молодежи и простонародья было больше на шествиях националистов: они и за Навальным были готовы пойти, потому что чувствовали, что никак не могут пробиться к статусу уважаемого человека и к достойному образу жизни, когда все уже схвачено другими — условными чубайсами да сечиными. Но эта молодежь не была готова приносить себя в жертву каким-то политическим идеалам, потому что презирала либералов и законников. Она потому и не ходила на демонстрации, что считала это делом бессмысленным.
Жестокость московских «космонавтов» (кто не помнит, так называли омоновцев в шлемах-масках) по отношению к явно безоружным и немощным людям прояснилась для меня только после начала киевского Майдана осенью 2013 года, когда чекисты — что российские, что тогдашние януковичо-украинские, — сами — в силу фирменной чекистской болтливости — обозначили происходящее на «Площади Независимости» в Киеве формулой ПРЕДНАМЕРЕННАЯ КОНЦЕНТРАЦИЯ СТАРИКОВ.
Мы обсуждали это в 2011—2012 гг. с моими тогдашними спутниками-сопоходниками по проспекту Сахарова, и я даже не постесняюсь сейчас привести опубликованные в 2013 году вирши, в которых только и смог тогда схватить нерв момента.
Эпиграф — из Тютчева: «И старческой любви позорней Сварливый старческий задор».
"Пока не требует писаку
к священной жертве падишах,
не приближаться к автозаку
соображает и ишак.
Но, поднесенный к тленью жизни,
вдруг вспыхивает этот трут,
и старики толпою к тризне
своей же бесполезно прут.
Лишившись позднего покоя,
всё ж избавляются от пут,
хоть в них сыграло ретивое
от гибели за пять минут."
«Так и есть» — прокомментировал 10 декабря 2013 года эти вирши в «Живом Журнале» один питерский поэт, мой ровесник, который в 2014 году сведет счеты с жизнью.
Пожилые помнили советский опыт как опыт в первую очередь унижения человеческого достоинства и превращения общества в унифицированную подконтрольную массу.
У молодых людей этого опыта не было, вместо советской идеологии жириновские и путины и смогли предложить им мифологию былого величия. Легко оказалось объяснить нынешнее их незавидное положение утратой былого величия. Собственно говоря, это — единственный инструмент путинской пропаганды: мы хотим вернуть вам былое величие и всемирное уважение. И только для этого мы держим страну под контролем: «Мы знаем, как надо!»
Украинским «старикам» удалось передать этот опыт своей молодежи, которая полтора десятилетия спустя с оружием в руках защищает свою страну от бывших братьев.
А российским — не удалось. Лишь постепенно, мучительно и современная российская молодежь, и люди зрелого возраста приближается к пониманию того, что война, на которую они пошли, это не только истребление украинцев, но и уничтожение человеческих условий существования в их собственной стране.
То и дело возобновляются споры о том, сколько же людей в РФ действительно поддерживают путинский режим и его войну. Данные, говорят, варьируют от 30 до 70 процентов. Но не является ли лучшим ответом на этот вопрос нежелание воевать? Да, в составе российских войск немало садистов и отморозков, воюющих из своих общих инстинктов. Да, есть и служаки, которые стараются исполнять приказы начальства. Но основная-то масса вот уже пятый год берет Малую Токмачку, иначе говоря — саботирует эту войну.
В российских эмигрантских медиа принято насмехаться над «тик-ток войсками» кадыровцев, которые участвуют в войне только для вида, всячески избегая боестолкновений с ВСУ. Но этот смех, наверное, притих бы, если бы смеющиеся задумались: «Может быть, есть что-то такое в памяти этих людей, что мешает им воевать с украинцами по-настоящему?»
Недавно я разговорился с бывшими советскими учеными-естественниками, в конце 1980-х- начале 1990-х годов уехавшими в ходе крупнейшего оттока мозгов — кто из Ленинграда, кто из Горького, кто из Киева, кто из Днепропетровска. По их наблюдениям, львиная доля усилий этих людей идет сейчас на помощь Украине — по зову сердца и ума, из чувства собственного достоинства.
Один из них, некогда работавший в РСФСР (так раньше, кто не помнит, называлась самая большая союзная республика, ныне называемая Российской Федерацией), употребил блатное выражение, которое уместно повторить:
— Путинской России сейчас помогать западлó. Только дураки не понимают, что Россией заправляют сейчас наши же мечтательные палачи — вчерашние и будущие.
Вот почему не является случайностью инстинктивная ненависть путинского режима к ученым, все эти аресты пожилых людей за «шпионаж», за «выдачу военной тайны» … Китаю, главному официальному союзнику путинской РФ. Чекисты знают, что интеллектуальная Россия, а точнее, интеллектуальный бывший Советский Союз, и на подконтрольной им территории, и в диаспоре, стали на сторону Украины как жертвы агрессии чекистской России. И делают это молча, без пафоса, понимая угрозу, исходящую от Кремля.
Последняя карта, разыгрываемая сейчас российским официозом, оказалась битой не кем иным, как Аристотелем собственной персоной. Довольно удивительно, что Аристотель — уж не в знак ли насмешки над текущим «русским миром»? — принял для урока логики облик православного олигарха Константина Малофеева.
Да, иногда великие философы прибегают к парадоксальной форме. Так вышло и на этот раз. Малофеев-Аристотель публично заявил буквально следующее:
«Проиграть Украине это не позорно. Ведь украинцы, по сути, это на самом деле русские — такие же, как и мы. А русские никогда не проигрывают и никогда не сдаются».
Приняв облик Малофеева, Аристотель в сжатой форме задает российскому зрителю множество вопросов:
— Позорно ли проиграть, если проигрыш невозможен, потому что всегда равен победе?
— Можно ли проиграть самому себе?
— Если украинцы — те же русские, то за что тогда вообще идет война?
— Со всеми ли представителями путинского режима случилось то, что произошло с православным олигархом Малофеевым?
— Все ли российские олигархи понимают, что спасением их самих и хотя бы части их состояний является скорейшая капитуляция Российской Федерации?
Чтобы выпукло показать юношеству, к чему отказ от простейших логических операций может привести даже преуспевающего бизнесмена, Аристотель и принял облик Константина Малофеева.
Враги же рода человеческого едва ли не в тот же день вломились в дома российских философов, работавших над новым переводом Аристотеля на русский язык. По доносу, написанному людьми, не заслуживающими даже упоминания, чекисты подвергли экзекуции 87-летнего директора Института философии и более молодых, но тоже не юных сотрудников-специалистов по античной философии.
Наблюдая это прискорбное происшествие издалека, можно понять людей, которые не верят, что основание для преследования со стороны карательных органов — какие-то финансовые злоупотребления администрации института.
Наоборот, крепнет убеждение, что ученых преследуют именно за Аристотеля — столпа западной философской и политической мысли.
Чекисты не могли не почувствовать подвох со стороны Стагирита, который посмел использовать тело и лицо основателя «Царьграда» Константина Малофеева для пропаганды неопровержимой идеи скорейшего поражения чекистской Эрэфии от Украины — как события богоугодного и непозорного.
Становится все понятнее стремление путинского режима взяться за старые институты, за помнящих еще законы логики стариков, провести большую чистку, наполнив студенческие аудитории возможно более невинным, возможно менее знающим, возможно более поддающимся манипуляции юношеством.
Со школьной скамьи забирать подростков на сборку дронов, а в университеты запускать «героев СВО», попутно очищая от старых сомнительных кадров так называемый ППС (кто не помнит, этой аббревиатурой еще в советское время покрывался «профессорско-преподавательский состав»). Эта стратегия всем хороша, и чем вам не нечистая сила — руками украинского сопротивления убивать российскую отсталую молодежь, поверившую путиным и лавровым, а руками своих откормленных тыловых космонавтов — давить прогрессивное либеральное старичье.
А во главе его — и самого Аристотеля. Ведь спрашивается, откуда Аристотель мог знать о наших скорбных делах, когда писал свою «Политику»?
«Для сохранения тирании нужно стараться устроить дело так, чтобы не оставалось тайной ничто из того, о чем говорит или чем занимается каждый из подданных, держать соглядатаев или тех „подслушивателей“, которых всякий раз подсылал Гиерон туда, где происходило какое-нибудь дружеское собрание или встреча; опасаясь таких людей, подданные отвыкают свободно обмениваться мыслями, а если они и станут говорить свободно, то скрыть свои речи им труднее.
Следует возбуждать среди сограждан взаимную вражду и сталкивать друзей с друзьями, простой народ со знатными, богатых с людьми из их же среды. В виды тирана входит также разорять своих подданных, чтобы, с одной стороны, иметь возможность содержать свою охрану и чтобы, с другой стороны, подданные, занятые ежедневными заботами, не имели досуга составлять против него заговоры. […]
Тиран склонен также вести войны, чтобы подданные не имели свободного времени и постоянно нуждались в предводителе. Царская власть поддерживается друзьями, тирану же свойственно не доверять друзьям, так как именно они скорее всего могут осуществить то, чего желают все.
[…] Тирания любит все дурное; ведь тираны рады, когда им льстят, а этого не станет делать ни один свободный человек, обладающий разумом. Порядочные люди могут проявлять любовь или во всяком случае не станут льстить. Плохие же люди способны на все дурное — „клин клином“, говорит пословица.
Не сочувствовать ничему возвышенному, ничему свободному — свойство тирании; на эти качества притязает только сам тиран, а если находится человек, обладающий высокими чувствами, преклоняющийся перед свободой, то тем самым он лишает тиранию того, что придает ей превосходство и господство. Поэтому таких людей, как способных уничтожить их господство, тираны ненавидят. Тирану свойственно приглашать к своему столу и вообще проводить время больше с иноземцами, чем с местными гражданами: последние для него — враги, а первые не станут его противниками. Вот какими и им подобными средствами тиран сохраняет свою власть; все это средства совершенно низменного характера».
Перевод привожу старый — Сергея Александровича Жебелева. Новый теперь не скоро и появится, уж больно противен Аристотель чекистским портянкам.