Связаться с нами, E-mail адрес: info@thechechenpress.com

Кровная месть

Кровная месть занимает особое место в ряду чеченских обычаев, имеет немало специфических особенностей, невидимых на первый взгляд, и поэтому требует отдельного, более тщательного рассмотрения.
Обычай кровной мести, имеющий, в чеченском языке свое наименование «ч1ир», существует у кавказских народов с незапамятных времен и до сих пор почти не изменился. В отличие от свадебного обряда, который претерпел существенные изменения и осовременился, обычай кровной мести, как, кстати, и похоронный обряд, сохранил в себе дух древних времен, когда кавказские народы жили вне государства. Кровная месть выполняла роль государственного института, который регулировал взаимоотношения между жителями общины, предотвращал преступления и наказывал преступников.


На Кавказе кровная месть не имеет срока давности. Она может быть осуществлена через 50 или 100 лет, даже если виновник смерти и его близкие родственники умерли. Поэтому у кавказских народов считается, что лучше решить все вопросы, связанные с кровной местью, как можно быстрее, чтобы потомкам жилось спокойно.
В древности закон кровной мести был основополагающим не только у вайнахских народов (чеченцев и ингушей), но и у осетин, кабардинцев, представителей малых дагестанских народов. Когда эти народности вошли в состав Российской империи, они были вынуждены подстраиваться под те правила, которые диктовало им государство.

В отличие от других кавказских народов в чеченском и ингушском обществах адат кровной мести не сумели вытеснить ни Российская империя, ни советский режим, ни репрессии. Возможно, потому что присоединение этих народов к России было насильственным, и оттого сохранение древних обычаев воспринималось как сохранение народа, который надеялся когда-нибудь обрести независимость. Именно поэтому сегодня мы имеем возможность познакомиться с адатом кровной мести, который до сих пор определяет жизнь чеченского и ингушского общества практически в его первозданном виде.
В советское время чеченцев и ингушей пытались заставить забыть о кровной мести, называя этот обычай дремучим пережитком прошлого. Это было вполне объяснимо, ведь древние обычаи часто вступали в противоречие с государственными законами, а значит, подвергали угрозе государственные устои. И все-таки даже самые продвинутые вайнахи, занимавшие большие посты во властных структурах и вынужденные на словах критиковать приверженцев средневековых обычаев, на деле следовали законам кровной мести. Любого чеченца, по вине которого погиб другой, ожидало разбирательство по древним законам, даже если он понес наказание по законам светским.
Лет тридцать назад, когда советская власть казалась еще незыблемой, в Чечено-Ингушетии произошел случай, о котором долго говорили. В одном из районных судов шел процесс по делу об убийстве. Процесс был открытый, и людей собралось немало — в основном родственники подсудимого и его жертвы. В положенном ему месте, на скамье подсудимых под вооруженным конвоем находился убийца. Когда судья стал оглашать приговор, в зале прогремел выстрел. Подсудимый упал как подкошенный - пуля попала ему точно в сердце. Стрелявший положил пистолет в карман, спокойно прошел через расступившуюся толпу, вышел на улицу и исчез. Никто не попытался его задержать, хотя в зале были и милиционеры.
Разбираться со скандальным происшествием приехали следователи из Москвы. Однако установить личность стрелка так и не удалось. Все знали его имя, но называть не хотели. Тогда москвичи обратились к жене покойного:
- Вы-то, наверное, хотите, чтобы поймали убийцу вашего мужа. И наверняка знаете, кто стрелял. Назовите его.
- Да, я его знаю, - ответила женщина, - но не скажу.
- Почему?
- До сих пор на моих сыновьях была кровь человека, который был убит их отцом. Теперь мы квиты с этой семьей, и мои сыновья могут жить спокойно, не скрываясь.

Понимание чеченскими женщинами древних адатов настолько глубоко, что горе от смерти мужа, убитого кровником, она переживает легче, чем его смерть, случившуюся по какой-то другой причине.
Кровная месть вступает в силу с момента ее объявления. Происходит это так. Родственники убитого по горячим следам выясняют, кто это сделал. Затем к виновной стороне отправляется человек, чаще всего это старейшина села или дальний родственник жертвы, который сообщает о решение объявить кровную месть. Близкие родственники убитого обычно при этом не присутствуют.
Тот, кто получил такое сообщение, независимо от того, принимает он обвинение или нет, приобретает статус кровника. Если убийца живет в одном селе с родственниками жертвы, то он, как правило, вместе с семьей уезжает в другое место, зачастую довольно далеко. О таком человеке говорят: «Луровелла», или «скрывающийся от кровной мести».
Это правило, как и любое другое в адате кровной мести, глубоко продумано древними. Во-первых, отъезд семьи убийцы продиктован требованиями безопасности, чтобы родные убийцы не попали под горячую руку разгневанных родственников погибшего. Во-вторых, процесс примирения имеет больше шансов на успех, если кровник и его родственники не будут, что называется, мозолить глаза пострадавшей стороне. Часто представители виновной стороны, не дожидаясь гонцов от своих кровников, сразу отправляют к ним посредника с заявлением о желании начать процесс примирения. И это считается хорошим тоном.


В случае, когда подозреваемый в убийстве чеченец считает себя невиновным, а у пострадавшей стороны нет неопровержимых доказательств его причастности к преступлению, то снять подозрения можно, поклявшись на Коране. Клятва - это тоже целая церемония, в которой со стороны человека, ее приносящего, участвуют десятки людей. Так, например, в прошлом году поступили братья Ямадаевы, которых подозревали в похищении и убийстве двух братьев московского банкира Абубакара Арсамакова. Ямадаевы вместе со своими многочисленными родственниками приехали в село Алхан-Кала к старейшинам семьи Арсамаковых и поклялись на Коране, что не имеют отношения к исчезновению двух братьев банкира. Клятва была принята. Причем, когда такая клятва приносится, родные убитого или похищенного смотрят не столько на предполагаемого виновника, сколько на старейшин из его рода, которые приносят клятву вместе с ним. Считается, что если старейшина не уверен в невиновности своего родственника, он никогда не станет приносить клятву, ведь это грозит ему судом, гораздо более страшным, чем суд кровника: клятвопреступление грозит ему гневом Аллаха.
Конечно, бывает и так, что дают ложную клятву. Есть даже термин в чеченском языке для такого понятия — «кхера дуй». Считается, что клятвопреступление гораздо страшнее самого убийства, и часто бывает так, что родственники убитого, зная, что перед ними стоит настоящий убийца и клянется на Коране, все-таки принимают его клятву, полагая, что он наказал себя сам и гораздо страшнее, чем это могли сделать кровники. Кхера дуй - один из самых тяжких грехов Ислама. Именно потому в обычае принесения клятвы прописана необходимость присутствия на такой клятве многочисленных представителей рода подозреваемого. Если с подозреваемым придет мало родственников, его клятву не примут, сказав ему: «Пойди и приведи стариков, которые разделят с тобой твою клятву».
Если же клятва принята, а потом при каких-то обстоятельствах выясняется, что клятву дал все-таки убийца, что он соврал всем, что он обманул и своих старейшин, которые клялись с ним вместе, то прощение аннулируется. От убийцы в таком случае могут отказаться его родственники, которых он подставил.
В кровной мести есть такое понятие, как «куьйга бехк», что в переводе означает «виновная рука». Это очень важная деталь древнего адата, которую, увы, не всегда соблюдают. Суть понятия такова: преследоваться кровниками может только человек, от руки которого кто-то погиб. Если произошло убийство, рядом с которым находилось третье лицо, это лицо не должно преследоваться кровниками. Даже если убийца умер естественной смертью, наблюдатель не может быть убит кровниками - в таком случае кровная месть распространяется на родственников умершего виновника. Впрочем, на практике часто происходит так, что людей, имевших опосредованное отношение к смерти, все-таки убивают родственники покойного. Однако это не может считаться именно кровной местью. Это обычная месть, то есть преступление, которое неминуемо породит новую кровную месть.
Обязанность мщения также ложится на ближайших родственников убитого. Если месть осуществит друг, это будет считаться не кровной местью, а убийством, за которое мститель получит новых кровников.


Эта история произошла в одном из чеченских сел в начале 90-х. Убили таксиста. Убили, чтобы забрать деньги, причем убийца пытал свою жертву, чтобы получить все деньги. Преступника скоро нашли - постарались друзья таксиста. Возник вопрос: что делать с пойманным? А точнее, кто совершит возмездие? Ведь по законам кровной мести это должны сделать ближайшие родственники жертвы - сын, брат, наконец, двоюродный брат, племянник. Однако таксист оказался нетипичным чеченцем - у него не было таких близких родственников, за исключением жены и 12-летнего сына. Передавать властям преступника тоже никто не хотел, понимая, что в этом случае он легко избежит наказания, откупившись. Не могли друзья таксиста сами расправиться с убийцей - тогда их семьи тоже обзавелись бы кровниками. Тогда было решено привести в исполнение кровную месть руками малолетнего сына таксиста. Убийцу, связав по ногам и рукам, отвезли на окраину села. Туда же привезли 12-летнего мальчика. Вложили в его руку пистолет и сказали: «Этот человек убил твоего отца, ты должен отомстить ему. Стреляй!»
Мальчик хладнокровно направил на убийцу пистолет и нажал на спусковой крючок. Происходящее сняли на камеру, а пленку передали родственникам казненного в доказательство того, что это сделал кровник. На этом кровная месть между семьями прекратилась.

Бывало и так, что женщины становились мстительницами - объявляли кровную месть и реализовывали ее. Так, в Чечне много лет ходит легенда о жительнице села Комсомольское, которая пообещала отомстить за смерть мужа - а если не сможет отомстить, то всю жизнь будет носить мужскую одежду. Отомстить она не смогла, но обещание свое выполнила - до самой смерти носила брюки и мужскую рубашку.
Когда чеченец идет мстить своему кровнику, он берет с собой только близких родственников. Друзья - это «чужая кровь».
Впрочем, случается и так, что убийцу убивают его собственные родственники, а не родственники его жертвы. Такой случай произошел с бойцом спецназа по имени Арби, который пользовался среди своих товарищей непререкаемым авторитетом за то, что убил своего двоюродного брата Аслана. Аслан был боевиком, а потом решил сложить оружие и был амнистирован. Но все знали, что в прошлом он в составе своей банды убил одну женщину и двух ее братьев. Убийство женщины в Чечне - страшный грех, за одну убитую женщину могут взять жизни двух мужчин из рода убийцы. Родственники погибших быстро нашли убийц и расправились с ними. Но Аслана не тронули. Его дядя был известным муллой. Ему сказали: «Твой дядя был святой, тебя мы не тронем».
Но брат Аслана Арби решил, что тот не имеет права жить. Он сказал Аслану: «Ты убил невинных людей, и позор лег на наш род. Я должен тебя убить». Тогда Аслан простился с родителями, совершил молитву и умер от пули Арби.
То, как скоро произойдет примирение между кровниками, зависит от обстоятельств гибели человека. Если водитель в ДТП задавил человека, то обычно процедура примирения проходит быстро и без проблем. Конечно, принимается во внимание то, был ли водитель трезв, как повел себя после аварии - пытался скрыться или нет. Как и в обычном суде, если нет отягчающих обстоятельств, то виновник может рассчитывать на легкое примирение. Не предъявляются претензии и тогда, когда гибель человека произошла при авиакатастрофе или при массовом теракте.

Непросты для урегулирования и случаи, когда человек погибает в драке. В этом случае все зависит от умения переговорщиков и поведения виновной стороны. Намного усложняется процесс примирения, если человек убит группой или с особой жестокостью. И практически невозможно достичь примирения, если убийство совершено с целью ограбления или по иным корыстным соображениям.
Ключевую роль в достижении примирения играют посредники, на роль которых подбирают авторитетных, уважаемых и влиятельных в обществе людей — как правило, старейшин. Чем авторитетнее человек, который включен в примирительный процесс, тем больше шансов на успех. Посредники приходят в дома кровников и уговаривают их примириться. Это хождение может продолжаться месяцами, а иногда годами. Если труды посредников увенчались успехом и обиженная сторона готова простить кровника, наступает самый интересный в процедуре примирения момент.


Церемония прощения - это венец многодневных переговоров. В этой церемонии с обеих сторон принимают участие сотни, а порой тысячи людей.
В классическом варианте это выглядит так. После достижения принципиального согласия о примирении в назначенный час, обычно на большом майдане (часто это бывает в поле за селом) встречаются представители одной и другой конфликтующих сторон. Сюда же приводят кровника. На него надевают просторный дождевой плащ с капюшоном, который скрывает лицо. После окончания переговоров - уже формальных - родственники виновника передают пострадавшей стороне выкуп (его размер заранее устанавливают участвующие в переговорах старейшины, и, как правило, он чисто символический), а кровника подводят к родственникам его жертвы. Кто-то из родственников сбрасывает с головы кровника капюшон и сбривает ему бороду. Бритье бороды не обязательно и последнее время происходит крайне редко.

После глава пострадавшей семьи, обращаясь к кровнику, произносит фразу, которую можно перевести так: «Мы прощаем тебя. Больше ни тебе, ни твоим родным нет от нас угрозы. Больше мы не враги». Затем уже бывший кровник обнимается со всеми присутствующими близкими родственниками своей жертвы, и на этом примирение считается состоявшимся.
Однако и это еще не конец. Груз ответственности перед семьей своей жертвы кровник, даже будучи прощенным, вынужден нести до конца своей жизни. Согласно обычаю, он обязан оказывать семье своей жертвы постоянные знаки внимания. Это внимание может выражаться как в моральной, так и в материальной поддержке. То есть между бывшими врагами возникают почти родственные отношения со всеми вытекающими последствиями.
Когда кровник умирает естественной смертью, не дождавшись ни мести, ни прощения, под удар попадают его ближайшие родственники - брат, сын, внук, а если таковых нет, то другие родственники-мужчины.
В обычае кровной мести, который мы с вами рассматриваем, она заключается в строжайшем и неукоснительном соблюдении следующих правил: Если убит ваш родственник, вы обязаны отомстить или простить, как того требует институт кровной мести, иначе общество вас не поймёт и сделает свои выводы, которые навряд ли будут в вашу пользу, иными словами это позор и бесчестье. С вами не будут считаться, при чём, вы будете это ощущать почти физически.
В процесс примирения или свершения мести, оказываются втянутыми тысячи людей, на первый взгляд ни сном, ни духом не причастных к происшедшему, но это на первый взгляд. Они связаны с происшедшим хотя бы тем, что с каждым из них может произойти нечто такое, где участие общества будет также необходимо, как и в случае с их близким человеком.
Таким образом, обычай кровной мести являлся мощным фактором, сдерживающим чеченскую молодежь от необдуманных поступков, заставляющим любого чеченца всегда помнить об ответственности перед семьей потенциального потерпевшего, а также своими родными и близкими.
«Мы, европейцы, у себя в книгах и в школах читаем и произносим только высокомерные слова презрения к этому дикому закону, к этой бессмысленной жестокой резне, - пишет А.Солженицын в известной всему миру книге. - Но резня эта, кажется, не так бессмысленна: она не пресекает горских наций, а укрепляет их. Не так много жертв падает по закону кровной мести - но каким страхом веет на всё окружающее! Помня об этом законе, какой горец решится оскорбить другого просто так, как оскорбляем мы друг друга по пьянке, по распущенности, по капризу? Ведь в ответ может быть не слово, не ругательство, а удар ножа в бок! И даже если ты схватишь нож, ты не ответишь ударом на удар: ведь падет под ножом вся твоя семья!.. Кровная месть излучает поле страха - и тем укрепляет свою маленькую горскую нацию.