Есть вещи, о которых не принято говорить публично. Есть страницы жизни, которые человек хранит глубоко в памяти и сердце, потому что за ними стоят судьбы людей, тяжелые времена, испытания и обязательства перед теми, кто когда-то доверял тебе.
С Исой Ахъядовым меня связывает именно такая история.
Я знаю его с 1992 года. Нас свела судьба в очень непростое время, когда решались судьбы наших народов, когда весь Кавказ переживал потрясения и каждому из нас приходилось отвечать не только за себя. Наверное, поэтому особенно крепкими становятся отношения между людьми, встретившимися в подобные времена. Есть дружба, которая рождается за праздничным столом. А есть другая — проверенная тревогой, опасностью, ответственностью и общей болью за судьбу своих народов. Такая дружба не нуждается в частых словах.
Нас с Исой связывал и связывает Кавказ.
Я родился и вырос у южных склонов Большого Кавказа. По другую сторону этих гор — Чечня, Ичкерия. Одни горы, одно небо, близкие традиции, понятия о достоинстве, чести, гостеприимстве и верности данному слову. Государственные границы могут разделять народы на картах, но Кавказ гораздо старше этих границ.
В 1992 году мы виделись с Исой достаточно часто. Я хорошо запомнил его как человека, для которого судьба собственного народа никогда не была отвлеченным понятием. Он жил ею. В тех обстоятельствах каждый делал то, что считал своим долгом. И мне, как кавказцу, тоже было важно выполнить свой долг перед нашими народами.
Многое из того времени пока должно остаться между нами. Возможно, когда-нибудь наступит день, когда можно будет рассказать больше.
Последний раз мы встретились в 1998 году — совершенно случайно, на одной из конференций в Тбилиси. После этого наши дороги разошлись. Начались долгие годы молчания. Я ничего не знал о судьбе Исы.
И чем больше проходило времени, тем сильнее меня мучили вопросы: жив ли он? Что стало с ним? Где находятся те люди, с которыми судьба свела меня в те тяжелые годы?
Я понимал, через какие страшные испытания пришлось пройти чеченскому народу. Две жестокие войны, разрушенные города и села, погибшие и пропавшие без вести, разбросанные по всему миру семьи. В этом водовороте человеческих трагедий найти человека спустя годы становилось почти невозможным.
Но я продолжал искать. Когда встречал чеченских друзей, часто спрашивал о тех людях, которых знал раньше. Особенно об Исе. Мне хотелось получить хотя бы одну весточку. Иногда человеку достаточно услышать всего несколько слов: «Он жив». Я молил Аллаха дать мне возможность еще раз увидеть хотя бы кого-нибудь из тех дорогих мне людей. И особенно человека, которого считал верным сыном своего народа, патриотом и своим близким другом — Ису.
Прошли годы. Потом десятилетия. И произошло то, во что трудно поверить даже сейчас.
В январе 2026 года в Страсбурге должна была состояться конференция. В те дни я сильно простудился. Состояние было таким, что поездка казалась совершенно неразумной. Я почти решил не ехать. Но что-то внутри словно не позволяло мне отказаться. Не могу объяснить это рационально. Что-то настойчиво говорило: надо ехать. И я поехал.
На конференции было много знакомых, друзей, единомышленников. Такие встречи всегда радуют — особенно когда видишь людей, с которыми тебя объединяют Кавказ, общая история и переживания за будущее наших народов.
И вдруг ко мне несколько раз обратился по имени и фамилии невысокий мужчина. Он явно хорошо меня знал. А я смотрел на него и никак не мог понять, откуда он меня знает. При этом какое-то странное чувство не покидало меня: его лицо казалось знакомым. Будто память пыталась пробиться через почти три десятилетия и вернуть меня в совершенно другое время.
Он пригласил меня к себе домой. Мы поехали вместе и всю дорогу обсуждали конференцию, Кавказ, происходящее вокруг наших народов. И тут я решил обратиться к нему с просьбой. Я сказал:
— Знаешь, я уже много лет ищу одного очень дорогого мне человека. Его тоже зовут Иса. Кстати, как и меня.
И начал рассказывать. Рассказал о весне 1992 года. О наших встречах. О людях, с которыми нас тогда свела судьба. О том, что много лет пытаюсь узнать, кто из них жив, где они находятся. И особенно — где Иса.
Мой собеседник внимательно слушал. Я видел, что он прекрасно знает чеченскую среду, знает многих людей, и поэтому подумал: возможно, наконец нашел человека, который сможет мне помочь.
Мы уже почти приехали к нему домой. И вдруг он остановился, посмотрел мне прямо в глаза и с удивлением спросил:
— Ты что, не узнал меня? Я и есть тот самый Иса.
На несколько мгновений я просто потерял дар речи. Передо мной стоял человек, которого я искал с 1998 года. Почти три десятилетия. Человек, о судьбе которого переживал, которого пытался найти через общих знакомых, о котором спрашивал чеченских друзей.
А теперь он стоял передо мной. Тот самый Иса.
Наверное, есть минуты, которые невозможно правильно описать словами. Можно подобрать самые красивые выражения, но они все равно не передадут того, что происходит внутри человека.
Я был счастлив. Счастлив узнать, что он жив. Счастлив увидеть его. Счастлив снова пожать руку человеку, с которым нас когда-то свела судьба в один из самых тяжелых периодов истории Кавказа.
И тогда я понял, почему, несмотря на болезнь, так настойчиво хотел поехать в Страсбург. Возможно, иногда судьба сама назначает нам встречи.
ИСА АХЪЯДОВ
Для меня Иса Ахъядов — прежде всего не политическая фигура и не имя из истории чеченского национального движения. Для меня он — близкий человек и друг.
Но я не могу не сказать и о другом.
Иса Ахъядов — достойный сын чеченского народа, человек, посвятивший значительную часть своей жизни борьбе за свободу и достоинство своего народа. Испытания не заставили его отказаться от убеждений, от памяти о погибших и от верности своей Родине. Таких людей нельзя оценивать только должностями, званиями или громкими словами.
Их настоящая биография — это верность. Верность земле, на которой родились их предки. Верность друзьям. Верность памяти погибших. Верность своему народу.
Чеченский народ пережил страшные испытания. Депортацию 1944 года, изгнание, войны, разрушение городов и сел, гибель огромного числа людей, рассеяние по всему миру. Его пытались лишить не только земли — его пытались лишить памяти и права самому определять свое будущее.
Но народ сохранился. Сохранил язык, традиции, достоинство и стремление к свободе. И именно благодаря людям, которые даже в самые тяжелые времена не отказались от своей национальной памяти и человеческого достоинства, эта связь поколений не была разорвана.
Я всегда чувствовал особое отношение к чеченскому народу. Наверное, потому, что нас разделяет и одновременно объединяет один и тот же Большой Кавказ. Я родился у его южных склонов. Ичкерия лежит у северных. Но горы между нами никогда не были стеной. Они были нашим общим домом.
Сегодня, спустя столько лет после нашей первой встречи, я благодарю судьбу за то, что она снова дала мне возможность встретить Ису.
Я искал друга почти тридцать лет. А нашел его совершенно неожиданно — в Страсбурге, куда из-за болезни едва не отказался ехать.
Теперь мне остается пожелать ему самого главного: здоровья, долгих лет жизни и возможности увидеть тот день, ради которого столько поколений чеченцев переносили невероятные испытания.
А братскому чеченскому народу я желаю мира, свободы, независимости и процветания.
Пусть никогда больше чеченским матерям не приходится оплакивать своих сыновей.
Пусть дети растут под мирным небом.
Пусть Ичкерия живет.
И пусть наши народы никогда не забывают простую кавказскую истину: годы могут разлучить друзей, границы могут разделить страны, войны могут разбросать людей по всему миру — но настоящая дружба, честь и память не имеют срока давности.
Я убедился в этом лично.
Почти через тридцать лет я снова встретил своего друга.
Ису Ахъядова.
Иса Садыков - экс-замминистра обороны Азербайджана